В обоих письмах дал свой домашний телефон. Через два дня позвонила та, звонка от которой я с предвкушением ждал.

— Я вам писала, — поздоровавшись, сказала она. Грустным, тревожащим голосом. И представилась: — Меня зовут Валерия.

— Можно, Лера? — спросил я.

— Конечно.

— Очень хорошо, что позвонили, — сказал я. — Думал, вдруг испугаетесь.

— Чего пугаться? — грустно удивилась она. — Проблемы-то — у меня.

— У кого их нет? — Я решил взять инициативу на себя. Тема и так слишком деликатная. Спросил: — Сначала поговорим по телефону или сразу пообщаемся живьем?

— Что говорить? — удивилась она.

— Когда сможем встретиться?

— Когда захочешь.

— Сейчас время есть?

— Конечно.

— Подъедешь?

— Подъеду, — просто сказала она. — Давай адрес.

Черт возьми, ее непринужденность произвела на меня впечатление. Видать, проблемка серьезно допекла.

За полчаса, которые ждал ее, все приготовил к поединку с бесчувственностью. Весь пошлый, но проверенный арсенал. Свежее белье, мягкий свет, музыку, напитки, наглядные пособия в виде зарубежной периодики. Победа на своем поле была обеспечена.

Когда увидел ее, испытал разочарование. Надо же такое наговорить на себя: «сексапильная, коварная»…

Гостья оказалась умеренно симпатичной, хрупкой женщиной, вслед которой вряд ли обернулся бы на улице. Впрочем, и я хорош: навоображал черт-те чего. Можно подумать, что до этого не сталкивался с женской необъективностью на собственный счет.

Что разочаровался, виду не подал. Тем более что гостья была вполне миленькая. Вот только слишком уж обеспокоенная своей проблемой. За пять минут разговора я понял, что она напряжена, по-видимому, ждет, когда объявят поединок.

«Может, она и права, — подумал я. — Что тянуть? Так ей только страшнее». И осторожно прикоснулся к ее запястью.