Вновь Энни была очарована синевой его глаз. Ноги вдруг подкосились, и ее рука, встретившись с его, задрожала.

Как Руфус Даймонд догадался, что именно его брата она поджидает на молу? И что еще важнее: как ему стало известно, что между ней и Энтони завязался роман?

Энни потянуло к Энтони сразу же, стоило ей только его увидеть: несколько недель назад он приезжал сюда погостить. Слишком поздно она поняла, что он помолвлен с другой; и для него практически невозможно порвать эту помолвку.

– Не очень долго, – ответила она, хотя и прождала его до появления Руфуса Даймонда чуть ли не час. От близости Энтони ее голос сделался прерывистым.

– Мне действительно жаль. – Энтони, улыбаясь, пожал ей руку. – Я знаю, нам надо поговорить; у тебя, должно быть, есть вопросы, которые ты хочешь задать мне.

И вновь Энни почувствовала волнение, когда подумала о том, что, возможно, сейчас он скажет, какие чувства питает к ней. Интересно, а поцелует ли он на этот раз, как тогда в воскресенье.

Его матушка и Давина тем утром отправились на пару часов проведать живущих по соседству друзей, а Энтони остался дома, сославшись на то, что ему надо подготовить кое-какие бумаги для одного важного дела. Позже он сказал ей, что надеялся на случай, который даст ему возможность побыть с Энни наедине.

В некотором роде то, что он остался в воскресенье дома, было удачей, потому что он помог ей позаботиться о Джессике, когда та упала с лошади: отвез их в больницу, чтобы девочке сделали рентгеновский снимок лодыжки, а потом, когда они вернулись, отнес маленькую страдалицу в ее спальню и сидел с ними, пока Джессика не заснула.

Тогда-то он и поцеловал ее. Энни была ошеломлена. Она пришла в восторг. Ведь чувствам, которые она прятала в своей душе долгие недели, был дан ответ.