Как Джессика и надеялась, папочка пришел снова и отнес ее к обеденному столу. Для этого ему пришлось подняться к Джессике в спальню. А поскольку Энни тоже была там, помогая девочке надеть свое самое прелестное платье – красный бархат, отороченный тонкими кружевами вокруг шейки и на манжетах, – то и часа не прошло, как она вновь повстречалась с Руфусом. Он был одет в смокинг и белоснежную рубашку с черной бабочкой. И этот парадный костюм только подчеркивал внутреннюю силу Руфуса Даймонда.

– Наш мышонок не намерен утомлять вас сегодня вечером? – усмехнулся он. – Или Энтони удалось вселить в вас спокойствие?

На личике Джессики появилось удивленное выражение.

– Но у нас не водятся мыши, папа, – сказала она.

Энни не стала притворяться, будто не понимает, что слова Руфуса обращены прямо к ней. Обычно она была спокойной и держала себя в руках: в детских домах вспышки раздражения не сходили с рук. Но в присутствии этого мужчины ей все труднее становилось сохранять душевное равновесие.

– Ваш младший брат не говорит со мной свысока, – заявила она.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Руфуса; он нахмурился, что придало ему грозный вид и заставило Энни подумать, так ли уж умно с ее стороны отвечать в столь резкой форме. В конце концов, это ее работодатель.

– Не сдавайте своих позиций, Энни, – отрывисто бросил он, словно сумел разглядеть в ней внутреннюю неуверенность.

Похоже, что сумел. И не мудрено: Энни никогда не была мастерицей скрывать свои чувства. И это стало еще одной причиной разрыва едва начавшихся отношений с Энтони. Подобное увлечение принесло бы ей только горе и, пожалуй, послужило бы основанием для увольнения, лишив общения с девочкой, которую она уже обожала. О такого рода осложнениях Энни не подумала, когда решила работать в семье.

– Кстати, и я не говорю с вами свысока, – твердо проговорил Руфус. – Джессика весь вечер только и делала, что превозносила ваши достоинства. – Он нежно погладил девочку по голове, и в ответ раздалось довольное хихиканье. Руфус обернулся к Энни и посмотрел на нее мрачными, пронзительными глазами. – Детей трудно обмануть.