— Я не могу этого сделать, Беренис. Я ведь уже говорил тебе, что подписал контракт, — невозмутимо ответил Гай.

Она наблюдала, как он наливает шампанское в бокалы, и чувствовала себя все более беззащитной и беспомощной. Ее всегда удручала собственная неспособность справляться со своими эмоциями.

— Да и твой агент, похоже, рад сложившейся ситуации. Видишь, прислал шампанское. А ведь он деловой человек и чувствует, где можно сорвать куш. Он наверняка просчитал, что для тебя это выигрышная ситуация, можешь поверить мне.

— Я бы скорее поверила, что ядовитые змеи не кусаются, — резко отпарировала она. — К твоему сведению, я нисколько не нуждаюсь в твоих услугах. Я сама вполне способна о себе позаботиться.

— Нисколько не сомневаюсь.

Спокойствие, с которым бывший суженый произнес эти слова, вызвало у нее очередной приступ раздражения.

Интересно, знает ли он о Гилберте Рейни?

Беренис отвела взгляд. Нет, он не может о нем знать. Кажется, она никому об этом не рассказывала, даже своим родителям. Они бы страшно огорчились, узнав, в какую историю она попала. Беренис поделилась только с Китти и с Биллом — со своими лучшими друзьями, которым можно было доверять, зная их доброжелательность и надежность.

— Беренис, ведь это всего лишь бизнес. Ничего личного между нами больше нет, и я не вижу причин для вражды, — спокойно сказал Гай. — Я не могу понять, чего ты паникуешь, упрямишься и все время просишь, чтобы я отказался от съемок.

— С чего ты взял, что я паникую? Вовсе нет. — Она выпрямилась на стуле.

— Тогда в чем дело?

Беренис обдумывала подходящий и достойный ответ. Это было непросто. Почему в присутствии Гая она всегда чувствовала, что с ней что-то не так? Непонятно, как это ему удается сбить ее с толку, обескуражить…

— Мне трудно находиться рядом с тобой, да и, честно говоря, не очень приятно, — жестко сказала она.