Раздался свист стрелы. Симон был настолько уверен в своем искусстве, что даже не взглянул, поразила ли она цель. Фальк говорил, что ему нет равных в стрельбе из лука во всем Чешире. Одну за другой он направлял стрелы во врагов, пока звук сзади не предупредил его об опасности. Вскочив с ловкостью кошки, парень тут же сменил лук на меч. Он владел мечом с таким искусством, что, когда Мальвалле приблизился к нему, чтобы защищать его спину, Симон уже убил одного противника, а троим нанес сокрушительные удары.

– Я здесь! – окликнул его Джеффри из-за спины, но Симону не нужна была помощь.

Недаром он так упорно тренировал свои мышцы все годы, проведенные в Монлисе. Его руки не знали усталости, а прицел не терял меткости.

Центр сражения неожиданно сместился к ним, и они чуть не потеряли друг друга в пылу битвы. Уложив еще одного противника, Симон ухватился за узду лошади. Он уже потерял и лук и щит и сражался с вооруженным всадником пешим. Ему на помощь поспешил Мальвалле, который теперь уже сидел на чьей-то лошади. С копьем наперевес он ринулся на противника Симона, продолжающего на него наседать, и точным ударом под ребра вышиб врага из седла.

– Как дела? Ты не ранен? – крикнул Мальвалле.

Симон вскочил на спину испуганной лошади и, несмотря на продолжающееся вокруг сражение, спокойно улыбнулся:

– Всего пара царапин, не беспокойся за меня, Джеффри Мальвалле!

– Держись рядом со – мной! – крикнул Джеффри.

Сидя на лошадях бок о бок, они снова врубились в массу врагов, прокладывая себе дорогу. Однажды им повстречался Фальк, который, пыхтя и отдуваясь, с глазами, налитыми кровью от ярости, сражался с врагами. Но вскоре его оттеснили в сторону. Битва казалась Симону бесконечной. Его правая рука настолько устала, что ему пришлось переложить меч в левую, но он продолжал получать огромное удовольствие от сражения и молча, стиснув зубы, разил врагов рядом с Мальвалле. Пожалуй, только сверкающие глаза выдавали его напряжение.