Едва касаясь меня, Ричард принялся целовать мою шею и ниже, ямочку на горле… Меня пронзала дрожь до самой глубины тела, и я отпрянула, совсем чуть-чуть…

Кусая меня за ухо, он мучительно медленно расстегивал пуговицы моей блузки одной рукой, другой пробираясь к застежке лифчика, и я вся напряглась, когда он осторожно сжал мою голую грудь. Едва дыша, я ждала, когда его пальцы дотронутся до соска, потом отодвинула его руку.

Он привык к моим слабым протестам и даже не колебался. Ловко сняв с меня кружевную блузку, он нагнулся, чтобы поцеловать мои груди, держа каждую одной рукой, а его язык дразнил меня, заставляя дрожать.

Не останавливайся… нет…

– Остановись! Ох, Ричард, ты должен остановиться! – я была старомодна в этой игре.

– Сейчас? – было слишком темно, чтобы увидеть его лицо, но я чувствовала, что он улыбается над моей грудью. Его язык снова начал дразнить меня, и мои соски увеличивались. Его рука легко легла между моих бедер, воспламеняя нежную кожу, а пальцы осторожно скользнули за отворот шорт.

– О-о-о, Рич… остановись!..

– Сейчас? Сию секунду?

– М-м-м, да, сейчас…

– Почему? – я уже почти лежала на кожаном сиденьи, и вопрос Ричарда прозвучал издалека, из-за моей голой груди, когда он медленно расстегивал молнию на моих шортах.

– Потому что…

– Тебе не нравится?

– Нет… – Мы оба знали, что это ложь.

Он поднял голову, голос его был дразнящим.

– Но вчера вечером тебе нравилось? «М-м-м, – подумала я, – вчера! Минуточку, но мы не были здесь вчера!» Мое сознание медленно прояснилось после чувственной пустоты, в котором находилось. Я оттолкнула Ричарда, руками упершись ему в грудь, и села.

– Что ты имеешь в виду под «вчера вечером»? На его лице возникло выражение удивления, потом он глупо ухмыльнулся, как маленький мальчик, пойманный за ворованным печеньем.