Вновь разразившись слезами, она полезла за платком, я вынула из кармана свой и дала ей. Когда она сморкалась, я заметила, что ее блузка спереди раскрыта: этот подонок оборвал часть пуговиц.

Я прижала ее к себе, надеясь, что в такую минуту это подействует успокаивающе. Я думала о том, что у этой истории должно быть продолжение, в противном случае моя дочка была гораздо наивнее, чем ее отец и я осмеливались надеяться. Мне трудно было представить, чтобы в ее возрасте ни один мальчик до сих пор не потрогал ее груди.

– Он в первый раз такое сделал? – Постараться выиграть время и дождаться, что последует дальше!

– Он – животное! Он обычно такой спокойный, но тут стал грубым, начал кричать на меня! О, Боже, мама, я так испугалась! Мы были совсем одни, и он толкнул меня на сиденье, он вынул свой… Он пытался!.. Как он мог подумать, что я позволю это сделать? Это было омерзительно!

О, Господи! Я почувствовала, что мое тело как будто налилось свинцом, отяжелело от страха.

– Он не сделал тебе больно, нет? Он ничего на самом деле не сделал? Он только испугал тебя, да?

Келли молча кивнула, ее глаза снова наполнились слезами, а в моей голове в это время стучало: «Попытка изнасилования». Это было гораздо серьезнее, чем я ожидала. Я готова была вскочить и бежать за Стюартом и полицией! Но потом подумала: «Успокойся, Андреа! Они ведь еще подростки, совсем дети… Может быть, она, сама того не понимая, вела себя, как… Может быть, он подумал, что она?..» Я никогда раньше не слышала об изнасиловании во время свидания.

Я попробовала заговорить снова, более спокойно:

– Ты встречаешься с ним уже около двух месяцев. Он когда-нибудь раньше пытался что-то подобное сделать?

– Ничего такого, чего бы я не могла вынести, только знаешь… Ох, мама, я не могу тебе про это рассказать!