Я немедленно углубилась в бумаги. Клейтон подошел к столу и стал гипнотизировать мой склоненный затылок. Но гипнозу я не поддаюсь. Я ничего не замечаю, поскольку с головой погружена в работу.

— По какому праву вы врываетесь в мой кабинет без приглашения?

Я подняла глаза. Взгляд его метал молнии, а голос, наоборот, был ледяным.

— Вы ждали этого звонка, — кротко напомнила я. — Когда не взяли трубку, я подумала, что вы не услышали, и зашла предупредить…

— Я еще не оглох, и если не снимаю трубку, значит, не собираюсь отвечать на звонок. Вам ясно?

— Ясно, мистер Клейтон. Просто я не знала…

Я смолкла. Клейтон оперся сильными пальцами о мой стол.

— Что вы не знали? — спросил негромко. — Ну-ну, договаривайте.

— …что мне следует соблюдать предельную осторожность, когда в вашем кабинете находится женщина…

Еще я хотела добавить: "И что вы оказываете клиенткам и такие услуги", — но прикусила свой слишком быстрый язык. Клейтон некоторое время смотрел на меня сверху, сжав челюсти. Потом сказал — медленно, с чрезмерным спокойствием:

— Просто выполняйте мои указания и не пытайтесь их как-то комментировать. Вам ясно?

— Предельно, — пробормотала я.

Клейтон пошел к своему кабинету. Обернулся и добавил свистяще:

— И если вы еще хоть раз позволите себе хлопнуть дверью, я немедленно вас уволю!

И сам закрыл дверь с таким грохотом, что я чуть не оглохла.

Ну вот, подумала я. Начинается.

*****

Допив свой утренний кофе, Клейтон отложил газету и серьезно посмотрел на меня. Он был прежним боссом: сдержанным, покровительственно-вежливым и холодным.

— Чем вы намерены сегодня заняться?

— Сегодня воскресенье! — сварливо напомнила я.

— Я знаю. Я уже говорил вам — можете воспользоваться одной из машин. Съездить в город, в кино, в клуб, пообщаться с друзьями. У вас есть друг?