— Например, с достоинствами и недостатками нашего босса?

— А у меня есть недостатки? — изумился Клейтон.

— Как у всякого другого.

— Какие? А, нет, сам скажу, — он мило улыбнулся, — я бабник, так?

Я хмыкнула, ловя ладонью встречный ветер.

— Ну, если вы сами признали это недостатком… Кстати. Как вам удается управляться сразу с несколькими?

Он покосился. Я была вся внимание.

— Долгая практика. В конце концов, все женщины одинаковы.

— А вы что, всех перепробовали?

Клейтон лениво улыбнулся:

— Необязательно перепробовать все пирожные, чтобы понять, что это такое…

— А, может, вы уже объелись? И перестали ощущать настоящий вкус?

— Считаете, пора на диету?

— Вряд ли это вам удастся, раз пирожные сами прыгают вам в рот.

Клейтон остановил машину, и я с удивлением обнаружила, что мы уже приехали — как быстро бежит время за разговорами. Особенно за такими содержательными. Я подумала о Борове — может, он тоже сладким объелся? И сказала:

— Объелся сладким, на кисленькое потянуло?

Клейтон в этот момент перегнулся через меня, открывая мою дверцу. Не открыл. Рука упала мне на колени. Он медленно повернул голову:

— Что-о-о?

С мгновение я смотрела в его близкое ошарашенное лицо, не понимая. Потом до меня дошло, как это прозвучало.

— Ой! Я не хотела! Я не вас имела в виду, и мысли такой не было, я о том Жир… о, боже, о Донелли! Вы не думайте, я…

Запутавшись, я умолкла. Кажется, он не поверил, потому что некоторое время, показавшееся мне очень долгим, смотрел на меня в упор. Потом выпрямился, сняв с моих колен тяжелую руку. Я вылетела из машины и услышала, как он хлопнул дверью.

— С вами не соскучишься!

— Спокойной ночи! — и я бросилась к дому. Не продержусь и трети срока!

*****