Он стоял возле камина и грел руки. Пару мгновений Энн видела лишь профиль. Не лысый, не низенький, ничуть не толстый, в темном, ловко облегающем сильную фигуру сюртуке. Почему-то внезапно пришло на ум слово «аристократ» — в старинном, элегантном смысле.

— Вы Хэлферст? — неожиданно для, себя выпалила Энн и покраснела.

Гость быстро обернулся, чем вызвал легкое движение воздуха. Темно-серые глаза, на лбу влажная от снега прядь. Волосы иссиня-черные, как уголь. Он смотрел пристально, в упор, с заинтересованным вниманием, от которого перехватило дыхание.

— Да, Хэлферст.

Ответ прозвучал отрывисто, почти резко, хотя трудно было определить, отчего именно: от изумления или от раздражения.

— Леди Бишоп, полагаю?

«Совсем не безобразен», — мысленно отметила Энн, глубоко вздохнула, взяла себя в руки и присела в запоздалом реверансе.

— Что… что привело вас в Лондон, милорд?

— Снеговик, — лаконично, ровным голосом ответил гость.

— Прошу прощения?

Маркиз достал из кармана в несколько раз сложенную газетную страницу и сделал несколько шагов навстречу Энн.

— Снеговик?

Осторожно, стараясь не коснуться руки маркиза, Энн взяла листок. Глупо, конечно, но прикосновение сделало бы присутствие жениха неоспоримо… реальным. В свете камина на указательном пальце сияло кольцо с огромным рубином. Фантастические отблески придавали сцене мрачный средневековый колорит. Энн с опаской заглянула в смуглое, четко очерченное лицо, но наткнулась на непроницаемое выражение. Медленно развернула потертую бумагу и побледнела.

— О! Я… ах… видите ли, леди Уислдаун невероятно преувеличивает.

— Понимаю, — едва слышно пробормотал гость. Почему-то от тихого голоса по спине поползли мурашки. — Значит, вы вовсе не изволили валяться в снегу на пару с сэром Рейсом Пемберли?

Шок, вызванный неожиданным появлением жениха, успел слегка сгладиться и уступить место иным чувствам.