- Я позвоню вам завтра... - сказал наконец Росс, делая шаг к двери.

- Нет, не надо, - выдохнула Шелли, всем своим естеством желая, чтобы он остался.

- Тогда в понедельник, - по-своему понял ее Росс.

- Хорошо, - опомнилась Шелли.

После его ухода она еще долго не могла прийти в себя...

Поскольку надежды на то, что проведет в обществе Шелли весь день, рухнули, Росс решил Посвятить его работе. Собственно, за этим он и Приехал в Цинциннати.

Несмотря на только что закончившийся длительный отпуск, его не покидало ощущение Какой-то измотанности. Росс испытывал хроническую усталость и тоску от частых переездов из одного города в другой, перелетов с одного континента на другой, от безликих гостиничных номеров, от междугородных телефонных звонков, от внезапных изменений всех Планов.

OH не раз жаловался Генри Мерилье на свою усталость и Все же продолжал искренне любить Дело, которым занимался. Ему нравилось налаживать дело в языковых школах, хотя вынужденное увольнение сотрудников не доставляло ни малейшего удовольствия.

Центр "Элита", как и "Вавилон", по субботам был открыт для студентов и преподавателей, но сотрудники администрации, как правило, в этот день не работали. Поэтому Росс был удивлен, когда застал там директора, Чарльза Уинстона-Кларка. Тот, в свою очередь, тоже удивился и даже испугался, увидев Росса. даже в субботу был одет в деловой костюм, а на шее красовался строгий галстук; лицо его выражало чрезвычайную любезность и готовность к сотрудничеству.

Поздоровавшись, Росс прошел в комнату, которую временно превратили в его рабочий кабинет. Спустя несколько минут он уже погрузился в тщательное изучение финансовой отчетности школы за предыдущие двенадцать месяцев, поскольку центральная бухгалтерия в течение последних двух лет жаловалась на путаные отчеты из Цинциннати. И действительно, бухгалтерские книги велись не самым лучшим образом.