Не спалось еще и потому, что утром надо улетать в Барселону.

Нынешняя ее поездка особенно тяжела. Изабель беспрестанно мучила мысль о том, что ей предстоит увидеть, как уходит из жизни Флора. Сестра бабушки была ее единственной родственницей, но дело тут не только в родственных узах. Именно Флора научила Изабель эстетическому восприятию действительности, именно она разбудила в ней творческое воображение.

Во многом гнетущее состояние девушки объяснялось каким-то смутным подозрением, но каждый раз, когда она пыталась во всем разобраться, перед ее мысленным взором вставала Барселона. Ехать или не ехать? Где опасность — там или здесь? Неужели кто-то и впрямь угрожает ее жизни, или неприятные предчувствия навеяны скорбью по Флоре?

Сейчас ей ужасно недоставало любимого. Не хватало его рассудительности, его силы духа, его способности раскладывать все по полочкам; не хватало его крепких объятий. Но Изабель его отвергла. Она не могла бы этого полностью объяснить, но одной любви ей всегда было недостаточно. Ей хотелось защищенности, а с ним она не чувствовала себя в безопасности. Как, впрочем, и с любым другим.

Незаметно для себя Изабель заплакала.

Похоже, надвигается что-то страшное. Подумав об этом, Изабель вздрогнула, поскольку подобные предчувствия одолевали ее уже не в первый раз.

Тогда, много лет назад, тот, кого она любила, умер ужасной смертью. Теперь Изабель боялась, что и ее настигнет та же жестокая рука.

Глава 1

Испания, Барселона

26 августа 1956 года

В пять часов пополудни Альтея де Луна почувствовала первый приступ, но так как до назначенного срока оставалось еще восемь дней, а врач сказал, что «первые дети так просто не вываливаются», она не обратила на боль особого внимания. Чуть позже, во время ужина, боль усилилась.