Скучать было некогда. Дни шли за днями… я примерно училась под охраной, зарывалась в учебники в своей комфортабельной 'камере', иногда звонила маме и Маринке. Зверь приходил, но вел себя более чем странно… иногда просто молча рассматривал и уходил, иногда я просыпалась среди ночи от его рук, обнимающих меня, иногда он набрасывался, но всегда старался не причинять мне боли… Это неровное поведение настораживало и пугало… Я попрежнему молчала… Зверя это бесило, доводило до приступов ярости. После очередной неудавшейся попытки меня разговорить, он крушил всё подряд в бессильной злобе, а я торжествовала. Это была моя маленькая месть. У Зверя было имя. Павел Александрович Соболевский — 'владелец заводов, газет, пароходов…миллионер', 31 года… Охранники просветили. Но для меня он был и оставался Зверем.

После сдачи 'хвостов', я пристала к профессору кафедры иностранных языков, с просьбой подкинуть мне ещё переводов. Виктор Андреевич безумно удивился:

— Деточка, зачем тебе подработка? Не думаю, что твой будущий муж отказывает тебе в чем-то.

'Будущий муж'….. Меня аж передернуло… Естественно, Зверь не отказывал, ему же надо было купить меня. Очень часто, возвращаясь домой, мое сопровождение интересовалось — желаю ли посетить бутик, ювелирку и так далее… Я не желала, никогда… Это было омерзительно, я не хотела превращаться в содержанку, не хотела его подачек в виде подарков. К сожалению, я не могла отказаться от шмоток, они были частью нашей сделки, но всё остальное туда не входило. У меня было немного денег — выдали стипендию и расчитались за последние переводы, к тому же я взяла новые заказы. Я отдавала 'финансы' Маринке, а она в свою очередь снабжала меня пирожками и бутербродами из нашей столовки, или приносила что-то домашнее. Я отказалась ходить в рестораны в перерыв и перестала есть в 'тюрьме'. Глупо? Может быть… Мне хотелось хоть в этом быть независимой от Зверя. Мне была необходима эта кроха автономности для сохранения самоуважения. К тому же мне казалось, что это лично моё дело, как и где я питаюсь. Я ошиблась… Во второй половине дня, когда я сидела над новым переводом, терзая техническую инструкцию к кофеварке и жуя пирожок с яблоком, в дверь влетел Зверь со словами: