В этот раз он набросился на нее, прижав рукой с другой стороны шеи и с силой кусая. Ее тело встрепенулось, грудь соприкоснулась с твердой стеной его груди, заставив аромат мужчины взметнуться. Стиснув его массивные плечи, она упала навзничь на подушки вместе с ним.

Тело Майкла было твердым, всем своим весом прижимая ее к матрасу. Он загораживал свет свечи так, что она не могла ничего ясно видеть, хотя сияние за ним давало ей опору против бесконечности темного пространства. Каким-то образом это казалось нормальным, хоть и опасным: тьма делала ощущение его присутствия возле ее шеи более ярким: от влажной чаши его теплого рта до тянущих глотков, а после к сексуальному течению между ними.

Господи помоги, но ей нравилось, что он делал с ней.

Клер ощупью нашла его волосы. Со стоном удовлетворения она запустила руки в их шелковистую густоту, набирая полные пригоршни, проводя ладонями по коже головы.

Когда он замер, она остановилась и ощутила дрожь, пробегавшую по нему. Она подождала, чтобы посмотреть, продолжит ли он, что он и сделал. Когда глотки возобновились, а комната начала вращаться, ее это не озаботило. Чтобы держаться в этой круговерти у нее был он.

По крайней мере, до тех пор, пока он быстро не отпрянул, оставляя ее на постели. Отступив в темный угол, с цепями, отметившими его передвижение, он почти исчез.

Клер села. Почувствовав влагу между грудями, она посмотрела вниз. По ее грудной клетке струилась кровь, впитываясь белым халатом. Выплюнув проклятие, она попыталась закрыть отметины проколов, сделанных им.

Тотчас же Майкл оказался перед ней, отдирая ее руки от раны.

— Простите меня, я не закончил должным образом. Подождите, нет, не сражайтесь со мной. Мне нужно закончить это. Позвольте мне закончить так, чтобы я мог прекратить кровотечение.

Он схватил ее руки одной своей, убрал волосы назад и прижался ртом к ее шее. Его язык двигался, лаская ее кожу. Снова. И снова.