Убедить фермеров оказалось труднее.

Стройная и элегантная молодая женщина, с копной темных блестящих волос и большими карими глазами, в их представлении не могла быть настоящим ветеринаром. Но Николь доказала, что сильна, не только духом, но и физически, и очень скоро ее высокие профессиональные качества вкупе с готовностью мчаться по вызову к черту на рога даже в самую что ни на есть непогоду завоевали симпатии и доверие местных фермеров. Теперь она чувствовала себя в Бердвуде как дома.

Сейчас ее путь лежал мимо усадьбы «Вязы», центром которой был огромный дом. Певцы рождественских гимнов приходили сюда в сочельник и пели перед сквайром Джонсом, который неизменно угощал их и щедро оделял деньгами. Ежегодно он разрешал проводить в своем доме рождественский вечер для больных детей и сирот, как это испокон веку делали его предки. Но в апреле Джонс умер, и дом все лето и осень простоял закрытым.

Поэтому сейчас, проезжая мимо, Николь с радостью заметила, что в окнах снова горит свет, а перед подъездом рабочие выгружают из фургона мебель. То, что у «Вязов» вновь появился хозяин, привело ее в хорошее настроение.

Когда она писала отчет, в кабинет зашел Джон. Молодые люди симпатизировали друг другу, но дальше легкого флирта дело не шло.

— Питер сказал, что вы собираетесь работать на Рождество! — воскликнул Джон.

— Кто-то же должен работать, — спокойно ответила Николь. — Животные болеют даже в праздники. В округе слишком много ферм, поэтому шанс, что кому-нибудь понадобится помощь ветеринара, велик.

— Конечно, но почему опять вы? В прошлом году вы добровольно вызвались работать, а сейчас снова решили подежурить?

— У Питера жена и дети, а вам нужно навестить семью брата. Маленькие племянники и племянницы рассчитывают на дядюшку Джона.