Они прошли мимо Джейн, не проронив ни слова, и быстро поднялись по лестнице. У леди Джейн не было ни малейшего желания ждать возвращения доктора, и она, не прощаясь, покинула его дом.

Обида и гнев переполняли все ее существо, но к этим эмоциям примешивалось совершенно новое чувство, в котором Джейн не решалась признаться даже самой себе.

Джейн переодевалась к ужину, обдумывая неприятные происшествия сегодняшнего утра. Обида на доктора все еще не проходила, но, будучи особой здравомыслящей, Джейн не собиралась отказываться от его услуг. Ради Перри она была готова на все.

Латимер уложила последний локон на место, и Джейн внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале, затем встала и потянулась за шалью.

– О, кстати! Я нанесла визит Пентекостам и неожиданно столкнулась там лицом к лицу с сыном вашего бывшего хозяина. Саймон Ферфакс остановился у них, и завтра они с Перри приедут смотреть лошадей сэра Ричарда, – сказала Джейн.

Джейн была немало удивлена, когда ее угрюмая, молчаливая служанка вдруг оживилась и радостно воскликнула:

– Завтра утром? Я не ослышалась?

– Да, совершенно верно, – подтвердила Джейн. Она с удивлением увидела, как загорелись темные глаза Латимер, ставшие вдруг выразительными от затаившейся в них радости. – Вы собираетесь увидеться с ним?

– Разумеется, нет, миледи, – сухо ответила Латимер. К ней вернулись ее обычные замкнутость и сдержанность. – Сын моего бывшего хозяина всегда был добр ко мне. Это очень серьезный и благородный джентльмен.

– Должна признаться вам, Латимер, что подобные лестные отзывы для меня стали полной неожиданностью. Я не раз встречалась с ним, и у меня сложилось впечатление, что этот молодой человек проводит время в погоне за удовольствиями и настолько эгоистичен, что не замечает никого вокруг.

Латимер бросила на свою хозяйку недовольный взгляд, но Джейн, занятая шалью, ничего не заметила.

– Приберитесь в комнате и можете быть свободной.