Бетси никогда не следовала этому совету и поступала по-своему, не обращая внимания на беспрестанные возмущения и разъяснения Фионы.

«Так всегда случается: когда я очень занята, кто-нибудь обязательно заявляется!» — с легким раздражением подумала Фиона.

Она сняла фартук, закрывавший ее красивое платье при работе на кухне, и направилась по коридору к передней двери, поправляя на ходу растрепавшиеся волосы.

Их дом был очень старым. Построили его еще во времена Елизаветы. Сестра и зять Фионы, въехав сюда, внесли в интерьер ряд изменений — убрали отвратительные украшения и дополнения, сохранившиеся с давних пор.

Теперь стены были белыми, а с древних корабельных балок, которые использовали при строительстве, соскребли краску. Вероятнее всего, изначально этот дом выглядел именно так.

Сейчас резная дубовая лестница смотрелась, как, наверное, должна была смотреться согласно представлениям того ремесленника, который ее создавал.

Каждый раз, выходя в холл, Фиона любовалась изящными линиями поручня. Восторженно взглянула на лестницу и сейчас, перед тем как открыть дверь.

На пороге стоял человек средних лет в не модном, но очень опрятном костюме. У ворот его ждал запряженный парой лошадей экипаж.

— Это дом покойного лорда Иана Рэннока, верно? — спросил незнакомец.

Фиона слегка склонила голову набок.

— Верно.

— В таком случае я хотел бы побеседовать с человеком, на чьем попечении находится его дочь, — сообщил он.

— Это я, — ответила Фиона. — Мисс Фиона Уиндхэм. Мэри-Роуз приходится мне племянницей.

Ей показалось, что, услышав ее ответ, гость удивился, но через мгновение она поняла, что ошиблась.

— Весьма рад нашему знакомству, мисс Уиндхэм. Могу я побеседовать с вами с глазу на глаз? Меня зовут Ангус Мак Кейт.

Фиона шире растворила дверь.

— Прошу вас, мистер Мак Кейт.

Гость разговаривал с шотландским акцентом, она сразу это определила.