Анна, побледнев, повернулась к нему.

– Ты собираешься ему сказать, что я буду твоей любовницей?

Он равнодушно пожал плечами.

– Ты будешь не только моей любовницей, Анна, ты станешь всем своим видом демонстрировать, что тебе это доставляет удовольствие. Понятно?

Она бросила на него негодующий взгляд.

– А как быть с Джинни и Сэмми? Им-то что я должна сказать?

Лючио долго молча смотрел на нее перед тем, как ответить:

– Сэмми еще слишком мал, чтобы что-то понять. А твоей сестре надо просто сообщить, что мы возобновляем наши отношения на неопределенный срок.

– Неопределенный? – дрогнувшими губами произнесла Анна. – Но ты же говорил, что это только на три месяца.

Его глаза недобро заблестели.

– Здесь командую я, Анна. Советую тебе это запомнить.

Анна в ярости выскочила из апартаментов и направилась к служебному лифту. Она ударила по кнопке вызова с такой силой, словно перед ней была физиономия Лючио.

Какой черт занес ее в это кафе?

Какая сила заставила их дорожки пересечься после всех этих лет?

При первой их встрече он предложил ей свою помощь. Тогда это было бескорыстно. Он отвез их с Джинни в дом своей матери, где их очень гостеприимно встретили.

Мать Лючио была элегантной миниатюрной женщиной. Благодаря ее такту и обаянию обе девушки сразу почувствовали себя как дома. Намерение Анны не задерживаться в Риме больше чем на неделю было отклонено всеми членами семьи Вен-тресси.

И Анна продлила свою поездку. Они с Джинни воспользовались чудесными летними днями, чтобы посетить Неаполь и Помпеи.

Однажды они собрались поехать в поместье Вилла де Эсте, в тридцати километрах к северу от Рима, но в этот день у Джинни разболелась голова, и тогда Джованна, мать Лючио, осталась дома с Джинни. Карло находился в это время в служебной командировке, поэтому в Вилла де Эсте поехали только Лючио и Анна.

Анна не могла без восторга вспоминать о дне, проведенном в обществе Лючио. На протяжении двух недель их знакомства она все больше и больше привязывалась к нему.