Фотоснимки оказались настолько отвратительными, что хуже не придумаешь. Анна до сих пор содрогалась от стыда, вспоминая их. Они были похожи на кадры какого-то порнофильма.

И в результате того обольщения был зачат Сэмми, что тысячекратно усиливало ее муки.

Ребенок ни в чем не виноват. Разве сможет она когда-нибудь рассказать сыну об обстоятельствах его зачатия?

Глубоко вздохнув, Анна подняла руку, чтобы постучать в дверь роскошных апартаментов, но не успела она и коснуться двери, как та распахнулась, и Анна едва не упала.

– Ты почему так долго? – грозно спросил Лючио.

– Прошло всего минут десять, может быть, чуть больше.

– Я сказал «десять минут», а не «чуть больше».

Анна рассердилась. Так вот, значит, как он собирается вести себя с ней? Я – хозяин, а ты – рабыня. Ее синие глаза горели возмущением, когда она взглянула на него.

– Я должна была отдать ключ от своего шкафчика.

– Когда я называю время, ты обязана укладываться в него с точностью до секунды.

– Что-нибудь еще, сэр?

Его подбородок напрягся.

– Представь себе, да.

Что-то в его тоне заставило Анну содрогнуться. По решительно сжатым губам Лючио она поняла, что он заставит ее страдать как можно сильнее, чтобы отплатить ей.

– Раздевайся.

Анна в испуге попятилась.

– Что?

– Ты слышала.

Ее сердце колотилось так, что ей казалось: она вот-вот потеряет сознание.

– Ты это серьезно?

– Раздевайся или я сам раздену тебя.

Анна нервно вздохнула. Он был так не похож на Лючио, которого она знала.

– Я… мне нужно время…

– У тебя было четыре года.

Она снова посмотрела ему в глаза.

– Не слишком ли далеко ты заходишь в своем мщении?

Самообладание начинало покидать ее, но она изо всех сил старалась не показывать этого.

– Я долго ждал этого момента. Все, что ты делала с моим братом, теперь ты повторишь со мной.