– Я любуюсь ими каждый раз, когда могу потерять бдительность в компании красивой женщины.

– Ты поэтому не женился?

– Я не испытываю никакого желания связывать себя отношениями подобного рода.

– Ты не хочешь иметь детей?

Он отвел взгляд.

– Дети – это бремя. Я не хочу обременять себя.

Анна не верила своим ушам. Куда делся тот преданный семьянин, который утверждал, что не может дождаться, когда у него будет собственный ребенок?

– Что же касается того, что сейчас произошло между нами… – прервал он ее раздумья, – надеюсь, ты воспользовалась каким-нибудь надежным средством контрацепции?

– Конечно.

Это было не совсем ложью. Анна принимала таблетки, чтобы контролировать свой цикл, но не так регулярно, как надо.

Повисшую тишину прервало лишь звяканье его стакана о бутылку виски.

Налив себе порцию, Лючио повернулся и заметил, как она украдкой провела языком по крошечной трещинке на нижней губе.

– Cara, – шагнув к Анне, бархатным голосом произнес он, осторожно дотронувшись до ранки. – Неужели это сделал я?

Она отвернулась, и его рука упала.

– Бывало и похуже.

– По моей вине – нет.

– Нет? – Она бросила на него язвительный взгляд.

– Анна… Я бы никогда преднамеренно не причинил боли ни тебе, ни какой бы то ни было другой женщине.

– Тогда почему же я оказалась здесь?

Лючио надолго задержал на ней взгляд.

– Почему тебе тяжело быть со мной? – спросил он.

Проскользнув мимо него, Анна бросилась к двери и с силой захлопнула ее за собой.

Лючио с минуту стоял, уставившись на закрытую дверь. Потом резко повернулся и швырнул полупустой стакан в камин. Осколки хрусталя и капли янтарной жидкости разлетелись в стороны и упали на кремовый ковер у его ног.

Когда измученная волнениями Анна открыла глаза в девятом часу утра, она увидела, что Сэмми с одной из своих новых игрушек сидит в кресле и смотрит на нее.