– Так делают мальчики, – ответила ей Сара.
– Но ты же не мальчик.
– Почему?
– Я и сама этому удивляюсь, – призналась мать. Она многое узнавала о мальчиках, вслушиваясь в разговоры Марка и его приятелей, – не подслушивая, а просто крутясь вокруг них, так что они в конце концов забывали о ее присутствии. Сара заглядывала им через плечо, когда они листали номера «Плейбоя», которые Марк прятал у себя под кроватью, запоминала обрывки разговоров, вспыхивавших при разглядывании фотографий обнаженных женщин.
– А вот на эту у меня бы встал, – заявил однажды кто-то из его друзей, не сводя глаз со снимка, запечатлевшего девушку с такими большими грудями, что Сара подумала: а как же она спит на животе?
– Что значит «встал»?
Вообще-то она старалась поменьше задавать вопросов, но иногда все-таки приходилось.
Марк и еще двое мальчишек захихикали.
– Видишь ли, – начал объяснять один из них, указывая пальцем себе между ног, – он должен встать, прежде чем им можно будет пользоваться.
Позже, когда они с братом остались одни, Марк дал ей более детальные пояснения, которые пролили некоторый свет на проблему, но одновременно с этим явились источником и какого-то смутного раздражения. Для чего это мальчикам нужно тело, которое может так меняться? А у нее вот никогда ничего не меняется. Хотя кто знает, а вдруг она просто не замечала? В один из дней Сара заперлась в ванной комнате, стащила с себя джинсы, уселась перед зеркалом и принялась терпеливо ждать, пока что-нибудь начнет происходить. Прошел час без каких бы то ни было перемен, в конце концов ей это надоело, и она пришла к выводу, что быть мальчишкой интереснее.