Константин в кухне так и не появился, хотя бы попрощаться. Зоя слышала, как захлопнулась входная дверь, выглянула в окно и увидела спину мужа, исчезающую в черном «БМВ», на котором он обычно ездил в офис.
«Ни тебе спасибо, ни вам мерси, — устало подумала Зоя, смаргивая непрошеную слезу с ресниц. — Ведет себя так, будто это я шляюсь ночами, не предупредив его. Интересно, а если я действительно так поступлю, что будет?»
Опоздание Константина к домашнему очагу объяснялось очень просто: Клара накануне так заморочила ему голову нежностями за обедом, что после ресторана он практически добровольно потащился за ней в тот самый бутик, где она присмотрела себе «платьице», одобрил и оплатил обновку, присовокупив к ней подходящую по стилю сумочку, потом «обмыл» вместе с удивительно нежной и благодарной Кларой покупки в каком-то элитном баре, а потом незаметно для себя оказался у Клары дома, точнее, в ее роскошной постели. И провел там несколько часов, совершенно его вымотавших, даже не вспомнив о том, что дома его ждет жена, даже не пытаясь позвонить и придумать что-нибудь более или менее правдоподобное.
Уехал он, правда, не утром, а после часа ночи: на следующий день у Клары были какие-то важные съемки и она желала хоть немного поспать. Дома он обнаружил спящую непробудным сном Зою, пустую бутылку вина в будуаре и всепроникающий аромат роз и сандала.
«Пить что ли начала?» — лениво подумал он, осторожно забираясь в постель. Других мыслей у него уже не возникло, он провалился в сон и проснулся исключительно «на автомате» около девяти, осознав в полусне, что рискует опоздать на важное совещание.