– Я занята.

– Чем?- возмутился Баннистер, испугавшись, что не успеет на посадку.

– Неужели не видите? Я мастурбирую,- ответила девушка.- Не верите? Посмотрите сами!

Самуэль наклонился и просунул голову в окошко до самых плеч.

Женщина сидела на стопке из трех толстенных телефонных справочников и яростно терла правой рукой по клитору. Ее ноги были широко расставлены, и Баннистер хорошо видел, как пушившиеся внизу живота волосы чернильно-черного цвета мягкими завитками исчезали между бедер и карабкались вверх, доходя до пупка, наполовину прикрытого поясом, к которому крепились чулки телесного цвета.

– Вам нравится?- спросила она, не прекращая двигать рукой.

Самуэль смотрел на нее, вытаращив глаза. Его лицо пылало, как раскаленная сковорода. Оцепенев от такого наивного бесстыдства, он не мог произнести ни слова.

– Хотите попробовать?- предложила она.- Смелее! Все настоящее… Положите свою руку сюда…

– Вы не возражаете?- колебался Баннистер.- Нет, правда можно?

– Ну конечно, олух! Вот так… А теперь пальчиками, вверх-вниз, вверх…

Самуэль сунул онемевшие пальцы туда, куда направила их брюнетка, и начал тереть ими по клитору.

– Свинья,- раздался голос Кристель.

Самуэль открыл глаза и окончательно проснулся. Он лежал среди знакомой надоевшей обстановки супружеской спальни рядом со своей толстой женой и самозабвенно тер рукой ее промежность.

Они были женаты уже двадцать лет, имели троих взрослых детей, один из которых учился в университете,- гордость Баннистера. Лет пять тому назад Кристель, прервав любовную игру в самый пикантный момент, заявила, что больше такими глупостями заниматься они не будут. И свое слово она сдержала.

– Мне приснился кошмарный сон,- сказал он извиняющимся тоном, побагровев от стыда.

– Тварь! Грязное животное!