Как странно, думала Эмили, ерзая в большом кресле, события трехлетней давности стоят перед глазами так отчетливо, словно это было вчера. Но, возможно, неприятности живут в памяти дольше, чем радость.

Эмили сжала губы, вспомнив, как после той ужасной ночи с отчаянием ждала вестей от Саймона. Но прошло двое суток, а он так и не объявился. Гордость не позволила ей связаться с ним и потребовать объяснения. Эмили поехала в деревню и, когда ставила свой велосипеду магазина, увидела Джилли Обри.

– Привет. – Джилли бросила на Эмили пренебрежительный взгляд. – А где тот потрясающий итальянец? Я хотела пригласить его к нам на вечеринку по случаю Нового года.

Эмили холодно ответила:

– Боюсь тебя разочаровать, но он уехал и к Новому году не вернется… и вообще не вернется. – «Если мои молитвы будут услышаны».

Джилли дернула плечом.

– Нечего радоваться, душечка. Мы с тобой в одной лодке, так как Саймон остается в Лондоне.

– В Лондоне… – повторила Эмили.

– А ты не знала? – У Джилли злорадно заблестели глаза. – Папа выяснил, что он снова одолжил денег у мамы, и устроил грандиозный скандал. В общем, полный обвал. В результате милашку кузена Саймона выгнали попытать счастья где-нибудь еще либо найти работу, чтобы расплатиться с долгами. – Джилли усмехнулась. – Так что на твоем месте я бы поискала нового бойфренда.

– Но я не ты, – ответила Эмили. – Я верю в Саймона и готова ждать.

– Ну и дура, – пожала плечами Джилли. – Я тебя предупредила.

Она села в машину и уехала.

Саймон мог бы мне сказать, должен был сказать, повторяла Эмили, чувствуя себя несчастной. Она ехала на велосипеде домой и старалась найти в сообщении Джилли хоть что-то хорошее. Например, то, что Саймон ищет работу. Это первый шаг к их общему будущему.

За обедом Эмили спросила у отца:

– У нас будут гости на Новый год?