Она рассмеялась, он тоже. Вот так все это и началось.

— Привет, — сказал он и протянул руку, — я Слейд. Поколебавшись, она пожала руку.

— Лара.

Лара. Это имя очень ей подходило: мягкое, женственное, но с какой-то силой внутри. И рукопожатие у нее было сильным, почти мужским, а пальцы были длинными и изящными. Ее кисть утонула в его ладони.

Легкий электрический разряд пронесся между ними.

— Статическое электричество, — быстро сказала она и отдернула руку.

— Конечно, — кивнул Слейд, но он так не думал. И судя по румянцу, который заалел на ее милом лице, она тоже так не считала.

— Я слышал твою… ммм… беседу. — Он улыбнулся. — С аккумулятором. Я не расслышал, как ты его назвала, но у меня богатое воображение.

Она рассмеялась.

— Боюсь, я не была с ним достаточно вежлива.

— Я правда хочу отдать тебе запасной.

— Спасибо, я обойдусь.

— Ну, тогда возьми его на время. Чтобы закончить то, что ты делала.

— О Господи, что я делала! — Лара улыбнулась, и он вынужден был признать, что никогда прежде не знал, что улыбка женщины может осветить комнату. — Я собиралась поиграть в солитер.

Слейд ухмыльнулся.

— Компьютерный пасьянс… Изобретение века. В три карты или в одну?

— В одну, естественно, — чопорно ответила Лара, — с таймером, по правилам Вегаса.

— Панель с пальмами, да? Она расхохоталась.

— Ага. Мне нравится эта мордашка, которая ухмыляется, когда ты меньше всего этого ожидаешь.

— А ты попробуй поставить панель, где все карты тебе ухмыляются.

Они рассмеялись и принялись весело болтать, перескакивая с темы на тему.

Слейд был поглощен игрой эмоций на ее лице, он любовался тем, как расширяются у нее глаза, если он говорил что-то удивительное. Его завораживал ее голос нежный, мягкий и чертовски сексуальный, хотя он подозревал, что она даже не догадывается об этом, как и о том, что всякий раз, когда она заправляла за ухо непослушную прядь, он сжимал пальцы в кулак, чтобы не сделать это самому.