Тамми, схватившись за плечо, стонала. Кровь просачивалась между ее пальцами. Мальчики беспомощно цеплялись друг за друга и вместе с Савичем не сводили глаз с вихрившихся белых конусов, танцевавших в теперь уже желтоватом свете, сочившемся сквозь открытые двери. Нет, не пыльные смерчи. Два непонятных и притом разных создания.

— Что это? — прошептал один из мальчиков.

— Не знаю, Роб, — покачал головой Савич, притягивая пленников ближе, стараясь защитить от того неведомого, что надвигалось на них. — Должно быть, что-то вроде небольшого смерча, только и всего.

Тамми, пытаясь встать, во весь голос проклинала Савича. Откуда-то раздался долгий гулкий скрежет. Один из конусов вдруг рванулся вперед, прямо на них. Савич, не задумываясь, пустил в него пулю. Все равно что стрелять в туман. Конус подскочил вверх, потом попятился назад, к своему двойнику. Они на секунду зависли на месте, бешено вращаясь, и в следующий миг исчезли. Просто исчезли.

Савич снова прижал к себе подростков.

— Все хорошо, все хорошо. Больше ничего не будет. Я горжусь вами, и ваши родители тоже будут гордиться, когда узнают. И ничего, что вы боялись. Я сам до полусмерти напуган. Стойте на месте и ждите. Ну вот, теперь вы в безопасности.

Он так крепко прижимал к себе мальчиков, что ощущал бешеный стук их сердец. Оба жалобно всхлипывали, но в их рыданиях слышалось глубокое облегчение. Кажется, они поверили, что все позади.

Они все льнули к нему, а он держал их изо всех сил и как заведенный шептал:

— Все в порядке, все в порядке. Скоро будете дома. Все хорошо.