— Что пишу? В данный момент — «Манифест Брошенных Девчонок». Ну, тот, что мы у тебя придумали перед тем, как на дело идти!
— Это тот, где «никаких парней?»
— Ага! И «никаких мобильников».
— Слушай! У Евгена в бардачке есть черный маркер, напиши все это поярче и прикрепи к стеклу! Чтобы было перед глазами.
Через минуту рядом с талоном техосмотра болталась страничка с корявыми буквами:
Манифест Брошенных Девчонок
Никаких парней! Особенно высоких брюнетов по имени Евген и Петюня.
Никакой помощи парням — они этого недостойны!
Никакой косметики! Всегда оставаться самой собой!
Никаких мобильников!
Нас не догонят!
— Кайф! — вздохнула Каринка. — Перечитаешь — и легче на душе становится! Все-таки печатное слово — великая сила.
Машины сзади гудели: пока мы болтали, бензовоз уже оттащили, и движение возобновилось.
«Шестерка» тронулась. Каринка вставила в магнитолу кассету, и меня переклинило: это были ее песни — а я их просто ненавижу! И не я одна — от них не в восторге ни ее предки (а они все-таки весьма продвинутые рок-музыканты), ни Евген, ни остальные…
Воспоминания о недавнем прошлом опять навеяли грусть.
Вообще-то, когда мы познакомились с нашими теперь уже бывшими, ничто не предвещало, что все закончится так плохо. Наоборот, казалось, что эти отношения перерастут во что-то серьезное. Посудите сами: знакомства с парнями состоялись почти одновременно, но в разных местах. А позже выяснилось, что ребята — братья! Столько совпадений — разве это не к добру? Оказалось, нет.