– О чем задумалась? – вывела ее из размышлений Ташка. – Сидит, в одну точку глядит… Ага! Чует мое сердце, о парне думаешь!
Олеся неожиданно для себя покраснела:
– С чего ты взяла? Ни о ком я не думаю!
– Колись! Влюбилась в кого-то в новом классе? Я права? Вижу, что угадала! Вот ты и доказываешь, что Иван неприятный. Потому что сама о другом думаешь!
– Да не думаю… Просто… Тут так вышло… – Олеся начала оправдываться и покраснела еще больше.
Но отступать было некуда.
– Помнишь, я тебе о Сидорове из нашего класса рассказывала? – И рассказала о произошедшем на уроке.
Ташка от возбуждения даже со своего диванчика подскочила и пробежалась туда-сюда по комнате.
– Чуяло мое сердце – ты влюбилась!
– Да не влюбилась я!
– Он красивый?
– Что ты сразу: красивый, не красивый! Какая любовь? У меня, между прочим, депрессия!
– Нет лучшего лекарства от депрессии, чем любовь!
– Да не любовь это! Я его отшила! Обидела человека. Он ведь просто сесть со мной хотел. Даже не со мной, а просто за мою парту.
– Ага! Как же. Никогда, как ты говоришь, с девчонками не садился, а тут вдруг решил своего любимого Максима Антоневича на тебя променять.
– Ну… Это мне Анька Макарова сказала, что он никогда с девчонками не садится. А она могла ошибиться!
– При чем тут Анька Макарова! Все же ясно как божий день: он проявил к тебе внимание.
– Даже если он, как ты говоришь, проявил ко мне внимание, то я все пресекла на корню. Сама не знаю, как у меня вышло отказать ему, – вздохнула Олеся.