— Да ну! — махнула рукой Галочка. — Не клюнет он на тебя, не бойся!

Ах ты… Не успела я и рта раскрыть, как подошел автобус, и мы вперегонки бросились занимать места. Мне, конечно, не хватило. Я со вздохом приклеилась к стойке в хвосте автобуса, уставившись в грязное заднее стекло. Могла бы, между прочим, ехать в 'мерседесе' на мягком сиденье и поплевывать на общественный транспорт. Мозгов, понимаете, у меня всегда было маловато…

Купив пиццу, я добралась до дому в преотвратном настроении. Сбросила мокрые туфли и, поджимая озябшие пальцы, доплелась до кухни. Отсутствующе глядя в окно, разогрела пиццу, съела половину, запивая чаем. А ведь она права — не клюнет. Ни он, ни другой мало-мальски стоящий мужик. Нет во мне этого… Галочка вон при виде мужика включается, как лампочка, и на этот манящий свет летят все мотыльки-мужчины — только выбирай… А я все суетюсь, суетюсь… Плюнуть, что ли, на все, да завести собаку, как Лариска? Живет — не тужит…

Рухнула на диван, машинально включая телевизор и нашаривая валявшуюся на полу книжку. Дамская серия. Что смешно — понимаешь, что в жизни такого не бывает, а читаешь взахлеб. Может, потому и взахлеб? Женские сказки… Я уже увлеклась описанием любовной сцены между графом и невинной, но страстной крестьяночкой, как зазвонил телефон. Щелкнул автоответчик и сказал весело:

— Привет, если ты дома. Я тут недалеко, дай, думаю, зайду…

Андрей. Знакомы мы года два, но встречаемся раз в несколько месяцев. Такой роман у нас — вялотекущий. Как шизофрения. Никаких претензий, никаких обязательств, полная свобода — и скукота… Я поглядела на часы — еще не поздно — и потянулась за трубкой.

— Заходи уж… граф.

Часа через два я, зевая, стояла у дверей. Андрей натягивал ботинки. Я сонно разглядывала его затылок — лысеешь, парень, а все по бабам… Ладно, хоть вина догадался принести вместо своего любимого пива…

— Ну что… — сказал он, выпрямляясь. Зазвонил телефон.