— Автобус из-под носа ушел, — сочувственно подсказал шеф.

— Я… да.

— Рад, что вы все-таки добрались до своего рабочего места, — продолжал он так же учтиво. — Похоже, это вам удается с большим трудом все то время, что вы здесь работаете.

Похоже, меня сейчас будут немножечко увольнять… Сколько раз зарекалась валяться в постели после звонка будильника! Все смотрели на меня: тетки с испугом, Буров — с интересом, начальник — выжидающе. Я молча стояла в луже воды, сжимая в руках сломанный зонтик. Видно, шеф вполне удовлетворился моим жалким видом. Бросив на ходу:

— Сергей Дмитрич, разберись, — он подчеркнуто тщательно обошел меня и скрылся за дверью.

— Как скажешь, Глеб Анатольевич! — отозвался Буров и показал мне кулак. Я вяло отмахнулась, проходя за свой стол.

— Н-да… — сказала Нина Дмитриевна.

— Ой, ну как же ты так! — причитала Таня. Я усиленно выдвигала и задвигала ящики стола, сдерживая слезы. С понедельника начнешь…

В этот день я вкалывала, не поднимая головы, пока Буров не поднес часы к моему лицу и не постучал по ним пальцем.

— Не хочу, — мрачно сказала я.

— Да ладно, пошли поедим, — Галочка присела на угол стола. — Чего себя голодом морить! Лучше скажи, как твое свидание?

— Да никак, — мрачно сказала я. — Приехала, а он…

И прикусила язык. Одно за другим — и вытянется, что мы целый вечер провели вместе с шефом. Скорее, конечно, вместе с фильмом, но наши тетки сделают далеко идущие выводы и разнесут это по всей конторе… А не был ли этот утренний разнос своего рода упреждением — дружба дружбой, а служба… и вообще, забудь о том глупом вечере и не представляй себе черте че… А я и не представляла.

Почти.

— Ну и что? — спросила Галочка.

— Ну и уехала.

— Не пришел? — ахнула Таня. — Вот скотина!

— Ну уж сразу — скотина! — вступилась Нина Дмитриевна. — Может, у человека что случилось…