- Так оно взошло или еще нет? - раздраженно допытывался Пупсик. - Ни черта не видать!

- Ну, не скажи, море от берега отличить можно, - возразила я. - А что касается солнца, то ему положено взойти через полчаса.

- Так на кой... мы притащились сюда в такую рань?

- Что же делать, перестарались немного. Вообще-то уже должно светать, наверное, темно из-за туч, но я не уверена.

- Она не уверена! Дождь льет, а она еще не уверена! Я насквозь промок, простуда обеспечена.

- Ничего с тобой не случится. Подождем немного, покурим, а потом спустимся к морю. Может, и в темноте что найдем.

Через час, когда солнце уже несомненно взошло, хотя его и не было видно, обнаружилось, что мы насобирали целую кучу разного хлама: деревяшек, камешков, кусочков чьих-то костей, нечто напоминающее сушеное... гм... гуано. И ни крошки янтаря! Нет, решительно нельзя собирать янтарь в потемках. Мы прошли довольно далеко вдоль берега, где вчера искрилась и переливалась россыпь янтарной крошки, а сегодня не было ничего.

Дождь прекратился, зато усилился ветер, поднялись волны. В таких условиях пребывание на пляже никак нельзя было счесть приятным времяпрепровождением, просто кара за тяжкие грехи.

Пришлось вернуться домой, и Пупсик принялся капризничать.

- Говорил же - в горы поедем! В Закопане или в Щирке в такую погоду можно посидеть в кафе, поиграть в бридж, а тут что? Холодина страшная, да еще дождь! Чем заняться?

- Три года назад ты бы знал, чем заняться! - помимо воли вырвались жалкие слова.

- Значит, старею.

- Не правда. Но можно съездить в Гданьск.

В Гданьске, ясное дело, мы прежде всего прошвырнулись по магазинам с янтарем, и в одном я увидела такое, от чего екнуло сердце. Янтарные бусы, но какие! Двухметровая нить малюсеньких янтариков, миллиметра в три, не больше, зеленоватых, светлых, почти прозрачных.