В Морской Кринице мы жили уже несколько дней. В местном магазине работала продавщица исключительной красоты, но этот факт не сразу дошел до меня. Я как-то не обратила внимания, что Пупсик не только охотно, но и по собственной инициативе отправляется за продуктами, причем этот процесс отнимает у него чрезвычайно много времени. Дошло до меня лишь в тот день, когда я битый час не могла дождаться сигарет.

- Никак ты лично принимал участие в сборе табака! - едко заметила я, выхватывая у него из рук пачку. - В этой лавчонке очередей не бывает. А может, неожиданно выбросили полендвицу?

- Нет! - ответило мое бракованное счастье. - Просто было любопытно, о чем говорят в магазине. Знаешь, тут что-то готовится, обстановка какая-то тревожная.

О, это уже интересно!

- Поясни.

Пупсик не привык слушаться, он всегда командует. Вот и теперь аккуратно положил на комод сетку с покупками, не спеша снял куртку и повесил в шкаф, выглянул зачем-то в темное окно, взял термос, взвесил в руках и, открутив крышку, вылил остатки чая в стакан. Лишь после этого присел к столу и стал рассказывать:

- Из того, что там болтали, я понял - мы оказались на самом кончике какого-то янтароносного пояса, так сказать золотой жилы. Насчет русских ты права, если уж в этих местах море выбрасывает янтарь, то чаще всего в их стороне, в районе Лесничувки. А пески..

- Пески знаю. Что еще за лески?

- Да не Лески, а Лесничувка. Поселок так называется. Мы там были, помнишь, где пограничный пост. Так вот там обычно и собирают самый обильный урожай. А главное, они знают, когда именно...

- Кто знает?

- Рыбаки.

- Откуда знают?

- Слушай, я ведь не на допросе. Смени тон! Не знаю откуда. И сюда наезжают искатели аж из Стегны, но местные их всегда опережают. На всякие хитрости идут - создают препятствия и ставят преграды.