А вот еще одно доказательство того, что в том месте все-таки была вода, - ведь рыба водится только в воде. И как раз тогда из икринок вылуплялись мальки. Вылуплялись один за другим, однако так уж устроена жизнь, что всегда кто-то остается последним. Вот и сейчас самый последний малек не успел полностью вылупиться. Все братишки и сестренки весело поплыли себе, а эта малюсенькая рыбка так и осталась навеки с икринкой на хвостике, пригвожденная густыми, тяжелыми каплями живицы, догнавшими ее в воде.
Большая золотая муха присела отдохнуть на шершавом стволе сосны. Долго пристраивалась поудобнее, переступая ножками, наконец выбрала удобное положение и с наслаждением принялась чистить крылышки. Ей и невдомек было, что над ее головой уже нависла беда, воплотившись в тяжелых каплях смолы. Они стекали с верхушки сосны одна за другой, сливаясь и ускоряя свой бег. Вот струя живицы задержалась на миг на какой-то неровности коры, а затем всей тяжестью обрушилась прямо на золотую муху. Та не успела и шевельнуться, мгновенно накрытая липкой массой. Она и погибла мгновенно, зато сохранила навеки свою красоту и обрела бессмертие. Пройдет много-много лет и из-за золотой мухи станут убивать друг друга существа так называемого высшего разряда, которые в то время еще не успели появиться на молодой прекрасной планете Земля...
Прошло более двадцати миллионов лет
***
Зима стояла суровая, и море замерзло аж до самой Швеции. Во всяком случае, по твердому льду можно было дойти до горизонта, а не исключено, и дальше Если, конечно, не переломаешь ноги на ледяных буграх и торосах, не провалишься в трещины, не завязнешь в снежных заносах А вдоль берега громоздились застывшие ледяные валы четырехметровой высоты, очень уместные в окрестностях Северного полюса, но не на Вислинской косе.