За едой я вернулась к теме:

- Ну так что это за кровная месть? Нападут на чужаков из засады с ножами или дело ограничится банальным мордобоем? И пожалуйста, не увиливай, отвечай как человек, мне интересно.

Прямого ответа я не получила. Отрешенно глядя в окно, Пупсик заговорил:

- Янтарь сейчас в цене. И немцы его покупают, и американцы. Магазины принимают все, что приносят. Да и здесь один такой берет даже крошку, изготовляет янтарную наливку на спирту. Вроде целебная. А другой скупает для умельцев-художников, идет на сувениры и ювелирные украшения. Вот интересно, как они взялись за ювелирные изделия, если серебро у нас регламентировано? Сдается мне, тут пахнет аферой, наверняка действуют мошенники.

Я возразила:

- На серебро установлены квоты, законные. Это во-первых. А во-вторых, какое тебе дело до мошенников?

В ответ Пупсик загадочно заметил:

- В жизни разное бывает... - И, словно очнувшись, поспешил свернуть на другое:

- Да нет, не думаю, что здесь разыграется битва, но кто знает? Хотя до поджога домов и порчи лодок дело вряд ли дойдет, милиция не допустит.

Странно, с чего это он так обеспокоен судьбами людей? Совсем на него не похоже. Я поинтересовалась:

- Тебе наверняка удалось вычислить зачинщиков? Или их правильнее называть главарями?

- Вроде бы удалось...

- После одного подслушанного разговора? - не поверила я.

- А кто тебе сказал, что после одного? В лавчонке мне и раньше удавалось кое-что слышать..

И вот тут-то меня как что кольнуло. В конце концов, ходить я тоже умею, а в лавчонку пускали всех.