В голову сразу полезли подозрения. Наверняка опять какая-то баба. Или местная продавщица, или та красотка водоплавающая. Правда, ее спутник, судя по тому, что удалось услышать на берегу, не просто спутник, а муж, да уж больно робкий и нерасторопный. Это можно было заметить и невооруженным глазом. Ведь в море-то она полезла, пусть даже ее толкала просто алчность, жадность или, мягче говоря, корыстолюбие. Неважно, янтарь все облагораживал. Мой Пупсик всегда пользовался бешеным успехом у баб, выходил победителем и не в таких ситуациях, так что перехватить жену под самым носом такого пентюха для него пара пустяков.

Под носом пентюха пожалуйста, но не перед моим!

Возможно, я бы и отправилась на прогулку в поисках неверного супруга, но рассыпанный по столу янтарь не давал оторваться, притягивал магнитом, смягчал бушующее во мне бешенство. Да и где искать неверного в потемках? Вдруг махнул в Пески? Не шлепать же туда пешком! К тому же ярость бушевала во мне не в полную силу, захватила всего на три четверти, оставшаяся четверть испытывала высочайшее удовлетворение и чувствовала себя вполне счастливой. Вот сейчас займусь янтарем, какое же это удовольствие перебирать все эти кусочки и даже крошки! До утра просижу. Интересно, что он мне наврет по возвращении...

До утра ждать не пришлось, песик вернулся вскоре после двух.

- Ничего не выдумывай! - заявил он мне с порога, хотя я молчала как убитая, лишь взглядом испепеляя мерзавца. - Просто мне хотелось узнать, что они с ним сделают и нашелся ли уже покупатель. Помнишь, я сказал тебе - тут что-то готовится? Так вот, я оказался прав. Уже устроили засаду.

Ну конечно, не очень-то понятно, туманно как-то, наверняка туману напустил специально, чтобы задурить мне голову. Сообщая это потрясающее известие, Пупсик копался в сумке. Вытащил плоскую бутылку коньяка, еще непочатую, свинтил пробку и порядочно отхлебнул. Только после этого протянул бутылку мне.