- У вас матка длиннее, чем мы думали, миссис Уокер. Придется раскрыть ее пошире.

Местная анестезия, похоже, совершенно не действовала, потому что боль была адская.

Наконец доктор удовлетворенно вздохнул:

- Ну, вот так.

Он что-то сказал сестре. Тем временем Хилари вырвало, однако сестра была слишком занята, чтобы обратить на это внимание.

Вдруг Хилари осознала, что поступает не правильно, что не надо было этого делать, что надо оставить ребенка. Борясь с тошнотой, она попыталась остановить врача:

- Нет, пожалуйста.., не надо.., пожалуйста.., остановитесь!

Но доктор лишь произносил какие-то успокаивающие слова. Останавливаться было уже поздно. Медики должны были закончить начатое дело.

- Уже почти все, Хилари. Потерпите еще чуть-чуть. Доктор снова склонился над ней.

- Нет.., пожалуйста. Я не могу этого вынести... Не хочу... Ребенок...

Она была на грани обморока, все ее тело сотрясали конвульсии.

- У вас еще будет куча детей... Вы молоды. Родите себе желанного малыша.

Доктор снова попросил ее расслабиться.

Хилари теперь знала, что для нее это означает новые страдания. И не ошиблась - доктор всадил в нее наконечник вакуумного аппарата. Ей казалось, что машина поглощает все ее тело до последней унции.

Так продолжалось безумно долго. Наконец наступила тишина.

- Ну вот, скоро я перестану вас мучить, - сказал врач, и Хилари почувствовала, как он выскабливает то, что в ней еще оставалось, но ребенка там уже не было...

Двух любимых сестер у нее отобрали, а этого ребенка она убила сама. Хилари в ту минуту могла думать только об этом. Ею овладело желание умереть вместе с малюткой. Теперь она была убийцей, подобно своему отцу. Ее отец убил собственную жену, а она убила собственное дитя.

- Ну вот, теперь порядок, - раздался ненавистный голос.