Но это?.. После всего того, что ее семья сделала для него?

Почему он так изменился?

Холодная ярость и фамильное упрямство Ланге сделали свое дело.

— И это ты называешь переговорами? Как ты думаешь, что бы сказал мой отец, если бы узнал, на что ты меня толкаешь?! — в бешенстве бросила Ава.

Дэниел вскочил с кресла, обошел стол и встал напротив нее. Теперь их разделяло всего несколько сантиметров. Ава встретила его взгляд и сделала вдох и выдох ртом, чтобы его головокружительный запах не ударил ей в голову.

Девять лет не изменили ничего.

— Он скажет: «Спасибо, Дэн, что ты беспокоишься о будущем моей дочери и она не умрет с голоду, а вместо этого получит возможность заниматься тем, что ей нравится». — Его карие глаза приобрели шоколадный оттенок. — И это не говоря о том, какую широкую рекламу ты можешь себе создать.

Он буквально излучал кипевшую в нем ярость, но этот жар странным образом возбуждал ее. Аве пришлось сделать над собой усилие, чтобы не поддаваться эмоциям. Не думать о том, что прошедшие годы только добавили ему шарма и зрелости.

— Я не думаю, что эта работа поможет мне достичь высот в ландшафтном дизайне. Наоборот, эта известность не принесет мне ничего хорошего.

Его щеки побагровели.

— Ты говоришь о том самом шоу, которое позволило тебе получить кредит, чтобы основать свой бизнес, я правильно понял? На самом деле ты думаешь, что это шоу совершенно бесполезно?

Теперь к чувству возбуждения прибавился стыд. Она использовала его телепередачу в качестве трамплина, чтобы основать свое дело, и они оба это знали. Ава привыкла думать о себе, как о человеке честном, поэтому мысль о том, что сейчас она ведет себя как лицемерка, была ей неприятна.

Черт бы его побрал!

— С таким же успехом ты мог бы нарядить меня в бикини и посадить на капот дорогой машины, — сказала Ава.