- Завтра захлопнется книга нашей любви, - отчужденно глядя перед собой, произнесла она.

- До завтра осталась целая страница, - почему-то шепотом проговорил Тирон. - Давай сделаем ее одной из самых ярких в нашей книге!?!

Измученный вид Камеи, казалось, не обещал ничего определенного. Но вдруг, как по заказу, она ощутила резко нарастающее сладкое волнение, похожее на то, каким была наполнена когда-то, в минуты их первой встречи. Глаза Камеи оживились, она протянула к Тирону руки и произнесла:

- Давай!

А на другой день после завтрака Тирон и Камея уже стояли на взлетно-посадочной площадке рядом с новеньким ошшем.

Долго, не отрываясь, смотрели возлюбленные в глаза друг другу, излучая беспредельной силы любовь в то время, как души разрывались от боли. Казалось, потяжелевшая от горького чувства атмосфера готова была раздавить своей массой любимых. Но тут зазвучал спасительный голос Тирона: - По воле случая я оказался избранником среди аноидов. Ты наделила меня человеческой любовью, любовью к себе, и подарила мне свое горячее сердце. Я бесконечно благодарен тебе за эти бесценные подарки. Время, которое мы провели вместе, стало самым прекрасным в моей жизни. Я был счастлив. Я был беспредельно счастлив. Я познал человеческую любовь. Я жил в пламени этой любви и теперь никому не позволю отнять ее у людей.

Тирон улыбнулся, а на глазах Камеи заблестели слезы.

И вновь, как часто бывало, ком в горле стал мешать говорить ей. Но пересилив себя, она спросила:

- Мы еще когда-нибудь встретимся?

В этот миг Камея думала о душе, освободившейся от тела в момент его смерти. Душе, которая неподвластна будет земному притяжению.

- Я надеюсь! - уверенно ответил Тирон.

Камея почувствовала себя чуточку полегче и улыбнулась сквозь слезы.

Понимая, что чем более длительным будет расставание, тем труднее будет расстаться, Тирон сказал:

- Тебе пора!

Сердце Камеи забилось так часто, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди или разлететься на мелкие кусочки.