Она испугалась, даже запаниковала:
– Кто-нибудь из детей заболел?
В прошлом году Тревор проглотил на спор пять живых кузнечиков, что привело к предсказуемо неприятному результату.
Дана откашлялась.
– Н-не совсем. В общем-то, миссис Саммерс, будет лучше, если вы заберете Тревора.
Келли заметила чашку с кофе на прилавке рядом с кассовым аппаратом. Несмотря на то что кофе остыл, а сливки образовали неприятную пленку, она нервно сделала пару глотков.
– Дана, я зарядилась кофеином. Можете говорить все, как есть.
– Ну… мистер Тилдон, директор лагеря, хочет поговорить с вами о… пристрастии Тревора к азартным играм.
– К азартным играм?
Келли чуть не упустила нить разговора. Кто уж точно страдал пристрастием к азартным играм, так это Рик, ее бывший муж. Собственно, из-за одного его неудачного дня на скачках она теперь не знала, где взять деньги на бейсбольную форму для Тревора и на оплату летних уроков музыки для Тины: и то и другое они с Риком пообещали детям. Неисправимым игроком был отец Тревора, но не Тревор.
– Он выиграл карманные деньги, выданные на неделю, у десяти детей, – пояснила Дана.
– Но как?
– Я думаю, в «ножички». Только не знаю, где он раздобыл нож.
– Я еду. – Келли бросила трубку на рычаг, стараясь держать себя в руках.
Игра на деньги! Нож! Она повернулась к Алехандро, пока единственному ее наемному работнику:
– Мне нужно срочно съездить в летний лагерь.
Алехандро оторвался от газеты, которую внимательно читал, используя положенный ему перерыв в работе, и улыбнулся ей. Даже в идиотской униформе салона (брюки цвета хаки, красная футболка с черным котом на груди) он был неотразим. Во всяком случае, для женщин от восемнадцати до двадцати двух лет. Еще бы, вылитый Рикки Мартин с конским хвостом. Но для Келли он был просто спасением. Она наняла его, потому что сочла, что он ей подходит: студент, нуждается в деньгах и, что самое главное, обладает опытом работы в копировальном салоне. Через несколько, дней стало ясно, что решение взять Алехандро на работу – одно из немногих в ее жизни, о которых она не сожалела.