— Наверное?

Он повернул. Спокоен, как удав. Они проехали несколько миль по заснеженной дороге, но Ева не видела ничего, что показалось бы ей знакомым. Она действовала наугад. Наконец она призналась себе, что безнадежно заблудилась, но старалась не подать виду.

— Вы не знаете, где это находится, ведь так?

— Мы уже должны были быть там. Очевидно, проехали.

— А вы сами ездили туда? — спросил он.

— Конечно, ездила, но осенью. Под снегом все выглядит иначе. Давайте вернемся обратно на ту сторону реки и…

Он поднял руку:

— Не помогайте. Я найду сам.

Он покружил по заметенным снегом дорогам и через которое время спустился к озеру. Тогда он медленно поехал вдоль берега, пока Ева, наконец, не узнала частый въезд. Было почти половина третьего. Ева взяла кейс и вышла из машины. Ветер намел огромный сугроб у парадного входа. Клинт открыл багажник и достал лопату.

— Похоже на то, что нам придется прокапывать путь к дому, — сказал он миролюбиво.

— Если бы у вас было две лопаты, я бы помогла.

— Покидать снежок бывает полезно. Это не лишит меня сил, — усмехнулся он.

«Такого, как ты, можно лишить сил, только ударив лопатой по голове», — подумала Ева.

В дом они попали в три часа. Ева стряхнула снег, но пальто не сняла: бревенчатый дом промерз изнутри. Она прошла прямо к телефону, чтобы позвонить боссу и предупредить, что они вернутся поздно.

— Телефон отключен на праздники, нельзя позвонить ни нам, ни от нас.

— В моем «мерседесе» есть радиотелефон.

— Но вам это ничуть не поможет.

— Вот именно! Все из-за вас. — Она бросила на него возмущенный взгляд.

Вы что, жить не можете без телефона?

Еве было необязательно звонить в офис. А дома ее никто не ждал. Тревор находился в Каламазу.

— Если вам никому не надо звонить, то мне тем более, — сказала она.

— Если вам интересно, женат ли я, отвечу вам, что нет. Оба моих брата в разводе, поэтому я с осторожностью отношусь к браку.