И, по чести говоря, Такер не мог никого осуждать, поскольку сильно подозревал, что Мэгги вовсе не отличается покорностью и послушанием и вряд ли будет с радостью выполнять приказания. Лично ему не хотелось бы брать на себя ответственность за девушку, как бы ни восхищался он ее храбростью и красотой.

Взгляды его и Джейка Эдамса встретились поверх голов остальных.

– Что ты думаешь, Такер?

Все головы повернулись к нему. Но Такер вовсе не был уверен, что хочет помочь им принять решение. Ему почему-то было не по себе, словно молодой человек чувствовал, что эта минута повлияет на всю его жизнь.

Такер задумчиво покачал головой и выступил вперед.

– Что ж, как уже сказал Дэвид, кто-то должен приглядывать за ними, если позволим им остаться.

Он снова оглядел толпу.

– А им придется подчиняться правилам и выполнять свою долю обязанностей, как и остальным.

Подбородок Мэгги был по-прежнему упрямо поднят. Такер заметил, как крепко она сжимает пальчики Рейчел. Вызывающая. Решительная. Отчаянная.

– Не могу сказать также, что готов хладнокровно отвернуться от них, – продолжал Такер. – Но решать вам и только вам, и тем, кто согласится взять их в свой фургон.

Толпа сомкнулась за Такером, занявшим свое место рядом с фургоном. Люди тихо переговаривались. К Такеру подошла мать.

– Сын, что будет с девочками, – тихо спросила она, – если никто не захочет им помочь?

Нетрудно было представить, что может случиться с беспомощными одинокими бездомными сестрами.

Такер взглянул на мать, неожиданно сообразив, что та имеет в виду:

– Не собираешься же ты взять их к себе?