— Что с тобой?

Как будто она сама не знала! Я еле нашёл в себе силы, чтобы сказать ей: «Ничего». Неся поднос с мясом, она спросила меня: «А всё-таки?» Я ответил ей: «Ты та, кого я ждал всю жизнь. Моя судьба в твоих руках». Она многообещающе улыбнулась и сказала: «Об этом мы поговорим, когда отнесём мясо». Карина отнесла поднос в комнату. Скоро после этого затемнили комнату, выключили свет и включили медляк. Кругом царила сплошная неразбериха. Мне с трудом удалось отбить Карину у пьяного Антона…

…Мы медленно кружились, прижавшись друг к другу. Я ощущала его тело и набухшую ширинку. Я как бы невзначай всё сильнее прижималась к нему. Мне было очень хорошо, нет, я была на вершине счастья. Я спросила у него:

— Меня, наверное никто никогда не полюбит, я такая невзрачная. То что ты сейчас видишь — обман чувств. На самом деле я серая мышь, скорее поцелуют жабу, чем меня.

— О, ты не права, не смей говорить такие слова! — горячо прошептал он. — Я докажу тебе, что ты не жаба, от тебя идут такие волны привлекательности, что устоять невозможно!

Как и следовало, он прильнул, к моим губам, стараясь их выпить. Всё моё тело как током пронзило. Так вот он какой, поцелуй! Его язык, раздвинув мои губы, проник ко мне в рот, где сплёлся с моим. Я таяла у него в руках. Мне хотелось отдаться ему тут же, забыв всякий стыд. Я не могла сопротивляться его нежным рукам, обнимавшим меня, бродившим по моей спине…

Тут нас отвлек шум возни из комнаты Игоря.

— Пойдём посмотрим, что там, — предложила я.

Дима согласился и мы прошли туда, где слышалась возня. Усевшись в уголке в кресле, мы стали свидетелями происходившей там сцены.

Там были Анька-Ленка, Саня, Антон и, кажется, Олег. Анька была уже пьяна и они втроём пытались её «раскрутить». Но она отчаянно сопротивлялась. Она кричала, что ей нельзя и т. д.