— Пошли в соседнюю комнату, это моя… Ах, я не могу, я сгораю от желания…
В её комнате, которая оказалась очень уютной, с коврами на полу и стенах, я сел на диван, положив Карину к себе на колени. Я стал покрывать поцелуями нежную кожу её плеч. Она не сопротивлялась мне, её руки осторожно расстёгивали мне рубашку.
— Ах, мой котик, — говорила она, — Да у тебя, я вижу, большой опыт в развращении малолетних! Только не говори мне, что я у тебя первая и единственная.
— Но только с тобой я испытываю неземное наслаждение!
— Скольким до меня ты это говорил, а? — сказала она, снимая с меня рубашку и нежно поглаживая меня по спине, по плечам, рукам и по груди. Ах как мне хотелось сорвать с неё всё! Кнопки на её платье созданы были для расстёгивания. Я было потянулся к ней, но она вдруг вскочила на пол.
— Куда ты? — закричал я.
Она встала на колени, расстегнув для удобства несколько нижних кнопок на платье и, прежде чем я успел отреагировать, расстегнула мою ширинку, и, увидев то, что оттуда вылезло, горячее и напряжённое, истекающее соком, радостно закричала: «Ах какая прелестная сарделька! Я так люблю сардельки в собственном соку!», запихнула эту сардельку себе в рот и стала смачно обсасывать её, причмокивая от удовольствия.
* * *Мы ласкали друг друга; он собрался было снять с меня платье, но мне этого не хотелось и я решила взять инициативу в свои руки.