– Заметь, не я это сказал. Но, давая своему характеру подобное определение, ты показываешь, что в глубине души согласна со мной.

Однако Кора стояла на своем, причем с таким упорством, будто речь шла о жизни или смерти. Впрочем, для нее потеря независимости действительно была сродни утрате индивидуальности, то есть чем-то ужасным.

– Нет, не согласна. Ведь ты не отложил бы свои дела ради очередного светского мероприятия, верно? Твой бизнес для тебя дороже любого раута, так?

Брендон с усмешкой пожимал плечами, заранее зная дальнейшее развитие разговора.

– Ну допустим.

– Нечего и допускать! – запальчиво восклицала Кора. – И без того ясно, что интересы корпорации стоят для тебя на первом месте. Сначала они, а уж потом все остальное.

Включая меня, неизменно с горечью добавляла она, только, упаси господь, не вслух, а про себя.

– Не стану спорить, ты абсолютно права, – отвечал Брендон. – Но ведь это корпорация! Одних рабочих сколько! Живых людей, между прочим, которым нужно выдавать зарплату, обеспечивать медицинской помощью, заботиться об отдыхе и так далее и тому подобное…

– Ну да, ну да, – ехидно кивала Кора. – Разве может сравниться с такими серьезными делами какая-то галерея искусств! Которую посещают одни толстосумы! Как известно, не имеющие ни забот, ни хлопот…

– Хм, я ведь тоже захаживаю в твою галерею. По-твоему, и у меня безоблачное существование?

– Разумеется! У тебя не зарплата, а прибыль, здоровье твое, тьфу-тьфу, в порядке, детьми ты не обременен, так что…

– Так что забот я не знаю?

Кора медленно качала головой.

– Нет.

И вот, пожалуйста, будто сглазила! С появлением Риты Лоусон у Брендона возникли заботы. Да и у самой Коры тоже.

Отпивая очередной глоток кофе, она вспомнила, как все началось.

Произошло это дней десять тому назад, в пятницу.

Кора и Брендон были приглашены на вечер, устроенный Патриком и Шарон Банч по случаю очередной годовщины их бракосочетания.