– Спасибо, что позаботилась об этом, дорогая.

И другие женщины не чувствуют себя секретаршей или какой-либо иной сотрудницей, когда им говорят «спасибо, дорогая»!

– Мне приятно, что ты ценишь это, дорогой.

Так бы и откусила свой треклятый язык за подобные слова!

– Жду тебя дома, – сказал Брендон. – Я приеду раньше, чем ты. Надеюсь, часам к пяти ты вернешься?

Это было обычное время. Часам к пяти Кора, как правило, приезжала из галереи домой, в уютный особняк, который тоже находился за городом, как и дом Шарон и Патрика, только в почти диаметрально противоположном направлении, если ехать из центра.

– О, конечно вернусь, дорогой! – заверила его Кора.

Ей бы следовало постучать по дереву. Или по металлу. Или, на худой конец, сплюнуть три раза через левое плечо. Только не быть настолько самоуверенной. Потому что именно таких, как она, безрассудных, чаще всего и подстерегают приключения.

Одно из них и подкараулило Кору: фатум в образе глючившей – как выразился один из прибывших по вызову специалистов-электронщиков – охранной сигнализации вмешался в ее планы.

Сейчас она гадала, не было ли это неким сигналом, посланием, завуалированным предупреждением о том, что в гости к Шарон и Патрику ездить не надо. Если бы она отказалась от этого визита, сославшись на необходимость задержаться в своей галерее, глядишь, ничего и не произошло бы. Они с Брендоном не отправились бы на устроенный Шарон и Патриком прием и не встретились бы там с Ритой Лоусон.

Кора долго обдумывала эту мысль со всех сторон и даже начала всерьез жалеть о том, что не придала значения сигналу «Опасность», тревожное мигание которого олицетворяла собой закапризничавшая охранная система. Но потом ей пришло в голову, что все гораздо сложнее и считать Риту Лоусон простушкой не стоит. Наверняка та изобрела бы иной способ добраться до Брендона, если уж поставила перед собой такую цель. Так что жалей не жалей, а, видно, избежать столкновения с Ритой не удалось бы…