– Мне еще надо подучить роль, – уцепилась за последнюю соломинку Кристабел, но Федерико уже подталкивал ее к лестнице.

– В девять мы уже будем дома, и ты сможешь прекрасно все повторить, свернувшись в кресле, как ты любишь.

Кристабел выбрала элегантный кремовый брючный костюм с золотыми босоножками на высоких шпильках и дополнила свой туалет длинной шалью с бахромой, небрежно перекинув ее концы через плечо.

«Хромая утка» всегда славилась безупречным обслуживанием, и метрдотель сразу же провел их к столику у окна с приятным видом на океан.

Кристабел наслаждалась королевскими креветками, когда их с Федерико уединение довольно бесцеремонно нарушили. У столика стояла Корали Линдгрен собственной персоной – соблазнительная сирена в черном вечернем платье, с безупречно уложенными волосами и смелым макияжем. Казалось, она сошла прямо с обложки журнала мод. За спиной Корали с ноги на ногу переминался Эдвин Мэскот.

– Вот уж не ожидала вас здесь встретить, – проворковала Корали, посылая Кристабел воздушный поцелуй.

Кристабел быстро взглянула на Эдвина, – и по кислому выражению его лица поняла, что Корали претворяет в жизнь давно вынашиваемый план соблазнить Федерико.

– Пути Господни неисповедимы, – отозвалась Кристабел, насмешливо взглянув из-под ресниц на Федерико.

– Не возражаете, если мы присоединимся к вам? – Не дожидаясь ответа, Корали грациозно опустилась на стул.

Отлично, удовлетворенно оценила происходящее Кристабел. Можно будет хоть как-то развлечься.

Предоставив Эдвину делать заказ, Корали повернулась к Кристабел.

– Неважно себя чувствуешь, дорогая? – В ее голосе слышалось фальшивое участие, и Кристабел мысленно поаплодировала актерским способностям коллеги. – Ты очень бледна.

– Неужели? – Кристабел сладко улыбнулась.

– В субботу вечером Эдвин устраивает вечеринку. Вы обязательно должны прийти.

– К великому сожалению, мы в это время будем в Санта-Барбаре, – вмешался в разговор Федерико и, подняв бокал, отпил немного вина.