Когда мы подошли к остановке, как раз подрулил старенький раздолбанный автобус и со скрипом открыл двери. Длиннющая очередь, в конец которой мы пристроились, колыхнулась и стала упихиваться внутрь. Мы вошли одними из последних и всю дорогу – почти сорок минут! – висели на дверях. Когда мы миновали пафосную стеллу, на которой красовалась надпись «Город-курорт Геленджик», парень, болтавшийся на поручне рядом с нами, начал ругаться:

– Да какой это на фиг курорт, с такими автобусами? Надо им это слово вообще убрать отовсюду! Давайте? – неожиданно обратился он к Лене.

– Да я… Э… – опешил тот.

– Угу, обязательно, – мрачно заверила я. – Сегодня ночью и займемся!

Наш дом отдыха располагался на конечной остановке, и заключительную часть пути мы проделали даже с некоторым комфортом.

Когда мы подходили к корпусу, народ, оккупировавший скамейки у входа, только что не напрожигал в нас дырок любопытными взглядами. И чего таращатся? Средняя школа, честное слово. Который раз уже убеждаюсь, что с возрастом люди не умнеют.

– Так я зайду? – уточнил Леня у лифта.

Я кивнула:

– Четыреста двадцать восьмой номер.

Ровно в три в дверь постучали. Леня стоял на пороге, на нем были шорты, майка и шлепанцы, а в руках держал пакет.

– Идем?

Я кивнула. Хорошо, что уже успела собраться, а то где бы он ждал, пока я переоденусь? В номере? Исключено. Подпирал стенку снаружи? Ненамного лучше…

Мы пришли на пляж дома отдыха, но Леня почему-то не остановился.

– А мы вообще куда? – притормозила я.

– Давай на дикий пляж? – предложил он.

– А чем тебе здесь не нравится?

– Понимаешь… – замялся Леня. – Я плаваю не очень хорошо. В детстве как-то раз чуть не утонул и теперь купаюсь только там, где дно есть. А на обычном пляже дети у берега и вообще народу много….

– Ну пошли, – пожала плечами я.