Ну конечно. Несколько смоляных прядей снова выбились из длинного хвоста. Ицки начал отращивать волосы восемь лет назад. Не по своей воле: шеф запретил стричься, как не абсурдно это звучит. Ицки только кончики подравнивал раз в месяц, чтобы голова выглядела ухоженной. Теперь блестящая грива закрывала всю спину - необычная для мужчины прическа. Впрочем, к косым взглядам он давно привык. Заново собирая волосы, Ицки отметил, что вид у него довольно напряженный. Поправил галстук и тронул автомобиль с места. Включив фары, он вырулил в разбитый перед домом сад и припарковался. Уверился, что не перекрыл выезд уже стоявшему в саду фургону, и лишь затем вылез из салона, прихватив дипломат.

Только в сельской местности можно увидеть подобный сад: такой просторный, с таким разнообразием флоры. Кое-где кроны даже поднимались над крышей, видно, эти деревья росли здесь еще до того, как нынешний владелец купил здание. Большинство растений уже сбросили листву и стояли под снежным покрывалом. Печальный и в то же время прекрасный пейзаж.

Налюбовавшись, Ицки подошел к дверям. Оказавшись под крышей, стряхнул с рукавов снег и нажал кнопку звонка - странно нового на фоне общей запущенности. Никто не ответил. Ицки позвонил снова, но изнутри не донеслось ни звука. Электричества, что ли, нет? Он поднял глаза на деревянную табличку, где уверенная рука без особых претензий на аккуратность вырезала имя "Масацугу Токива". Вспомнилось, что черный фургон был лишь припорошен снегом. И магазин, где он полчаса назад спрашивал дорогу...

- Токиву, значит, ищете? Скульптора, который живет на вершине? - переспросил продавец, мужчина средних лет. - Так езжайте вверх да вверх, не ошибетесь. Там будет большой дом. А если в саду фургон увидите, уж точно кто-то дома есть.

Внешность Ицки продавца порядком удивила.

- Вы, простите, мужчина или женщина? - поинтересовался он, оглядывая посетителя с головы до ног.

Место это было когда-то популярным курортом, и продавец явно привык к незнакомцам. Может, потому Токива и устроил мастерскую именно здесь.