Она удивилась, что сегодня она думала об Энни гораздо больше, чем за все последние месяцы. К своему удивлению, Рэйли обнаружила, что она больше не вспоминает об Энни каждое утро, как это было в первые несколько лет после их расставания. Несколько обеспокоенная, она задумалась, когда это успело случиться.

– Может быть, тебе стоит побольше заниматься спаррингом? – серьезно сказала Дрю.

Шон, казалось, хотела выразить несогласие, но промолчала. Рэйли всегда впечатляло то, как Шон удавалось быть и ученицей Дрю, и ее девушкой. Не самое простое сочетание.

– Я непротив, если ты думаешь, что это нужно, – сказала Рэйли. – Единственное, мне нужно избегать соревнований. Я не могу позволить себе сломать еще один палец, особенно теперь, когда у меня штатная должность.

Дрю кивнула, накрывая своей ладонью ладонь Шон на своей ноге.

– Конечно, вряд ли тебя часто будут атаковать адвокаты в полной боевой готовности.

Смеясь, Рэйли заметила тень удивления в глазах Дрю. Так как она знала, как серьезно Дрю относилась к самообороне, она оценила ее странноватый юмор.

– Ну я не знаю, может, мне еще раз повезет.

– Ого, – сказала Шон. – Значит, это был не такой уж и неприятный опыт?

– Неприятный?… – Рэйли вспомнила те двадцать минут, которые она провела за разговором с Лиз Рэмси. Лиз была незнакомкой, но она чувствовала себя с ней комфортно, даже расслабленно. Она была ей интересна, более того, ей очень захотелось узнать о причине печали в ее оценивающих голубых глазах. Ее не интересовала ни одна женщина уже долгое время. – Нет. Если не считать шишки на голове и оскорбленной гордости, это было даже мило.

Шон испытующе посмотрела на Рэйли, и только кивнула. Рэйли была благодарна ей за то, что она не стала задавать вопросов, потому что она и себе самой не могла ответить, почему за этот день она больше думала о Лиз, чем о ком-либо еще за многие годы.