– Самое прямое. Мария Рокко – моя родная тетя, – Лючино внимательно наблюдал за выражением ее лица.

Опять Белла лишь с трудом сохранила невозмутимость. Да, ее хозяйка Мария родом из Милана, но старая женщина прожила в Австралии почти всю жизнь.

– Но она ведь Мария Рокко, а не Монтичелли, и, по ее словам, семьи у нее нет.

Белла уже заметила некоторое сходство между Лючино и Марией, но кто бы мог догадаться?

– Тетя давно ушла из семьи, уехала из Милана и поменяла фамилию, но, разумеется, она не одинока. Ты, видимо, считала, что у одинокой женщины легче выманить деньги и ее некому защитить.

– Да как тебе не стыдно такое говорить! Ты ведь ничего не знаешь о нашем договоре! – Она замолчала.

Зачем посвящать его в детали своего бизнеса? Но он явно что-то знал.

Люк поднял руку и коснулся рубашки, как будто в нагрудном кармане у него было спрятано что-то важное. На кармане действительно выделялись еле заметные контуры. Фотография?

Губы Люка опять сомкнулись в жесткую линию.

– Я сказал менеджеру, что хотел бы встретиться с Марией. Он слышал, что она подписала с кем-то договор, и назвал твое имя. Тогда я и заинтересовался подробностями.

– Это вмешательство в личную жизнь Марии. И мою!

Ну, это Лючино нисколько не волновало. И он ответил с явной угрозой:

– Очень даже своевременное вмешательство. Есть у меня такое право или нет, в данном случае не важно, но я не желаю, чтобы из-за тебя Мария разорилась. Ты хитростью или угрозами вынудила ее купить твои платья по астрономической цене на год вперед без малейшей гарантии, что кто-нибудь хоть одно из них купит. И она не сможет вернуть деньги, если ничего не будет продано. Пятилетний контракт – это слишком большой срок, причем весь риск ложится на Марию, а ты со всеми деньгами, что она тебе отдала, плывешь по течению и в ус не дуешь. Хорошо устроилась, моя дорогая.